В это время сын сообщил мне о предстоящей своей женитьбе. 3 августа 2001 года состоялась свадьба. Ольга в то время была еще студенткой факультета журналистики. Максим работал корреспондентом одной из читинских газет.

А вечером 28 августа мне позвонила молодая журналистка из «Экстры» и сказала «Елена Викторовна, наберитесь сил и мужества, завтра в нашей газете на вас выходит такая похабень!»

- Господи, - изумилась я, - какая опять «похабень», кому я что сделала?

- Да вот, пришла какая-то девочка, принесла статью, что вы все ваши стихи воруете у каких-то инвалидов, вводите людей в заблуждение...

- Какая девочка?! Какие стихи, у каких инвалидов?!

- Да забыла я фамилию этой девчонки, завтра увидите... Ну, пожалуйста, вы только держите себя в руках...

В телефонной трубке раздался сигнал отбоя. Я села на диван, рядом примостились Максим и Ольга:

- Ма , что случилось ?!

Я рассказала им. Оба застыли в изумлении, в ожидании беды. Я же, собравшись с силами, предупредила их: «Мама Таня, что бы там ни случилось, ничего не должна знать. Она просто не вынесет очередных нападок и вранья. Поняли?»

Ребята дружно кивнули.

Эту ночь и они, и я спали вполглаза. Чуть свет Максим умчался на работу, Оля - в институт, я поехала в город, искать «Экстру».

На площади Ленина увидела первого разносчика газет. Схватив толстый еженедельник в руки, я открыла нужную страницу, - анонс статьи был на первой полосе, - и в каком-то шоковом состоянии стала читать газетную стряпню под названием «Елена Стефанович – великий ПЛАГИАТОР?» Хотя в названии статьи присутствовал вопросительный знак, все рассусоливания автора сводились к тому, что стихи Стефанович, вошедшие в «Хрестоматию забайкальской литературы», широко известные не только забайкальскому читателю, на самом деле принадлежат перу Усть-Илимского инвалида первой группы с детства Владимира Халецкого. «Доказательством» тому - его поэтический сборник «Чужой», вышедший в Москве, в издательстве «Славянка» в 1994 году. Цитировались мои стихи – «Создать себя», «Быть женщиной», - общим числом 28 (!!!) штук.

У меня было ощущение, что я схожу с ума. Какой Владимир Халецкий, откуда он взялся? Я никогда не была в Усть-Илимске, знать не знаю ни этого города, ни этого Халецкого. Что же это такое?!

А между тем, автором статьи была... Ольга Шибер. Моя любимая когда-то ученица, моя крестная дочь...

Я шла домой, зажав в кулаке газету. Единственной мыслью было:

«Только бы не узнала мама, это её убьет!»

Дверь открыла мама. Как я ни пыталась себя контролировать, видимо, она что-то узнала по моему лицу.

- Что случилось, дочка?! - испуганно спросила она. Я постаралась улыбнуться:

-Все нормально, мам. Я просто устала. Иди, моя хорошая, отдыхай!

Мама ушло в свою комнату, я плюхнулась на диван в комнате Максима. В голове была звенящая пустота. Я не могла понять, с кем мне теперь воевать: с «Экстрой»? С Шибер? С неведомым мне Халецким из какого-то Усть-Илимска?!

Вскоре пришли домой абсолютно раздавленные Максим и Ольга. За Ольгой в институте ходила толпа и дружно интересовалась: «А че, правда, твоя свекровка стихи ворует?» Максиму на работе порекомендовали писать заявление об увольнении: если мать - плагиатор, вполне возможно, что и сын этим же занимается, семейное, может, это у нас...

А немного погодя приехал к нам Борис Ильич Кузник. Слава Богу, у этого мудрого, светлого человека нашлись для нас нужные слова, понимание и сочувствие.

Мама понимала, что происходит что-то трагическое в нашей семье. Пока мы беседовали с Борисом Ильичом, она несколько раз выходила из своей комнаты, нерешительно улыбалась и заглядывала нам в глаза: «Ребята, все нормально? Ничего не случилось?» - «Мам Таня, - дружно отвечали мы, - мы просто общие дела тут обсуждаем, все в порядке, не беспокойся!»

Следующая часть -->>